Метки

,

http://dg54.mycdn.me/getImage?photoId=599592027732&photoType=0

Военные преступления украинских силовиков: пытки и бесчеловечное обращение с жителями Донбасса. Часть 1.

Пытки и бесчеловечное обращение : показания потерпевших

Далее представлены несколько подробных рассказов тех, кто стал жертвами пыток со стороны Национальной гвардии, украинской армии и СБУ.

Пострадавший Игорь, задержанный 14  сентября сотрудниками батальона «Днепр», подробно рассказывает, как его пытали: подвешивали на дыбу, использовали «качели», били электротоком, как схватили и пытали его жену. Кроме того, он называет позывные тех, кто подвергал его пыткам на базе «Днепр -1 »:

«Меня схватил батальон «Днепр». Я поехал на рыбалку, меня схватили, привезли в линейное отделение милиции и сразу, со старта, начали избивать. Били всем, чем можно,  — и палками, и ногами, и пистолетом по голове. У меня голова была — как ежик. Потом на дыбу вешали — это руки за спину, руки в наручниках.

Повыворачивали все руки . Потом сделали , как они назвали , » качели «. Это длинный ломик — шестигранник . Руки под ноги в наручниках , и надевается ломик . Потом кружили меня этим ломиком , оставляли , и я висел на нем . Кости чуть не повылазили у меня . До сих пор не работают руки , эти части . Последний раз они 20  минут продержали на этом ломике , сняли , начали обливать водой и бить током электрошокерами . Это длилось , пока я не начал терять сознание .

Не давали спать . Если я начинал засыпать , такие экзекуции повторялись . Оказывается , пытали мою жену . Тоже забрали и держали в соседней камере . Ей сломали на левой ноге все пальцы . Я подписал все бумаги , в которых меня обвиняли , и меня увезли в СБУ . Что они пытались выяснить я так и не знаю . Зачем вот это все надо было вытворять , я не знаю . Сколько я историю не изучал , немцы не извращались такими пытками , как делали они .

После СИЗО нас отправили в Днепродзержинск на базу » Днепр -1″. Позывные у тех , которые там служили ,  — Икс , Альбина и Макс . Они издевались как хотели : стреляли над головами . Все были практически переломаны , но они заставляли отжиматься . Одного человека вообще чуть не закопали в яме . Хотели застрелить . Это продолжалось четыре дня , и потом нас увезли в СБУ Харькова уже на обмен .

Там у меня открылась язва . Меня отвезли на неотложку в Харькове . При этом врачи сделали мне эндоскопию и все анализы — у меня сильно кровоточила язва . Факт в том , что меня отвезли под чужой фамилией . Мне сказали , называй любую фамилию , любой адрес .
Меня хотели положить в стационар . Но им запретили . Привезли меня обратно в СБУ , и пока не произошел обмен , приходилось как — то терпеть все эти боли невыносимые . Кроме того , что было все тело побито , ну еще и язва открылась» .

Пострадавший Павел свидетельствует , что причиной его задержания и пыток стала его телефонная беседа с депутатом из Донецкой Народной Республики : «Сначала со мной беседовали вежливо , потом зашел мужчина и начал бить по ребрам . Мне стало дурно , и мне дали таблетку . Были судороги , у меня онемело тело . Они требовали признаться , что я был корректировщиком . Это неправда . Они слушали телефоны , а я просто поговорил с депутатом из Донецкой Народной Республики . Когда отвезли на полигон » Днепр -1″, там человека ни за что ни про что кидали в трехметровую яму , заставляли копать могилы» .

Денис , задержанный украинской Национальной гвардией 31  июля 2014  года на блок — посту и переданный батальону «Азов» , рассказывает : «Каждые два — три часа — допрос . Много всего . Меня топили . Глаза были завязаны , клали на лицо полотенце или тряпку . Я не видел . Руки при этом были прикованы сзади . И , держа меня сзади за голову , положив мне на лицо тряпку , поливали сверху . Не знаю , из чего — из бутылки , из чайника… не видел . Состояние — утопление . Потом приводили в чувство . Ну и так далее . Так как у меня уже переломано колено , они увидели корсет на ноге , на колене , и мне сломали его повторно . В первый день его сломали . Потом на ногах , где ноготь , мне вставляли иголку . Такое состояние , как будто жилы из шеи тянет . Вытягивает всего , каменеет через боль .
Закидывали в яму с трупами . Расстреливали , короче . Закидывают в яму , специфический запах — эффект расстрела . Там много всего . Я знаю хлопца , которому плоскогубцами вырвали четыре передних зуба . Ребят знакомых , сколько видел , им на ломиках » карусели » делали» .

Пострадавший Владимир был схвачен 4  сентября 2014  года людьми в гражданской одежде с балаклавами на голове и перевезен в аэропорт Мариуполя . Он рассказывает : «После приезда меня завели в помещение и начали издеваться — бить шокером в предплечье и в область сердца . Топили . Прямо с мешком куда — то голову опускали , пока не начинал сознание терять . После всего этого заставляли подписать бумаги какие — то . Я отказался . Они отвели меня в камеру . На следующий день меня вывели обратно . Мокрую тряпку клали на лицо и поливали водой . Начинал задыхаться , и они , чтобы сильней начал задыхаться , брали и электрошокером били еще . Били по спине очень сильно . После этого почки очень долгое время болели .

После этого увезли на  » Днепр -1″ под Днепропетровском , там их полигон обучающий . Там издевались над нами , унижали , кидали людей в ямы со змеями , могилы заставляли себе копать . Издевательства были очень сильными над людьми , это словами не передашь» .

Пострадавший Константин рассказывает , как его арестовали за то , что у него был телефон русского журналиста , а также приводит пример того , как украинские войска отправляли захваченных на минное поле : « 18  августа 2014  года меня арестовали на украинском блок — посту за то , что у меня в телефоне был записан номер русского журналиста . На допросе мне сделали какой — то укол , и мне стало очень плохо . Я начал терять сознание , а они требовали показаний . Начали шантажировать меня тем , что если я не скажу что я сепаратист , то мне не уколют противоядие . Мне уже было все равно , я подписал , лишь бы мне стало легче . Поставили мне этот укол , мне действительно стало легче . Затем последовали угрозы расстрела . Потом отправили в Краматорск . Там посадили в яму , периодически избивали , оскорбляли . Потом привезли новых , и все внимание переключилось на них . К одному из них подошел десантник и увел его и еще одного парня . Потом выяснилось , их отправили на минное поле . Уже в таком состоянии мы там находились , что каждый день все меньше хотелось бороться за жизнь . Из тех , кого я видел , два — три человека не возвращались . Дня через три нас погрузили и увезли . Нас было шесть человек . Когда мы ехали , чувствовал себя посвободнее , общались . У одного , фамилия Харитонов , лицо — сплошная гематома . Видел , привезли парня и стали избивать . Спрашивали , помогал ли он в проведении референдума . Он ответил : » Да «. Его обвинили в том , что он сепаратист . Ополченцев избивали , слышал , что на крюк сажали . В СБУ есть такая практика : признаешь себя виновным — прокурор просит для тебя минимальный срок . У многих нервы не выдерживали , и они соглашались» .

Василий , ополченец ДНР , захваченный в районе с .  Петровское 18  августа , свидетельствует : «Украинская военная колонна увидела нашу машину и начала ее расстреливать . Нас схватили , надели наручники , закинули в БТР . По дороге две машины мирных жителей ехали навстречу , их расстреляли с БТР . Один пацан остался жив , его тоже захватили , связали и бросили в машину . Привезли на базу нас и мирных жителей . Били молотком по пальцам , коленям , копчику . Разбили голову , сломали пальцы . Угрожали на кол посадить , угрожали отрезать бензопилой ногу и руку . На ночь меня прицепили к дереву , подошел их главный с молотком и стал у меня все расспрашивать . Я сказал , что не знаю . Он ударил молотком по ногам . Потом в яму уволокли . Двух отправляли на минное поле . Было семь взрывов . Меня собрались расстрелять . Сказали молиться . Я попросил , чтобы мне освободили руки , это мое последнее желание . Он меня спросил , знаю ли я , какой сегодня праздник . Я ответил , что да , Спас . Он сказал , что мне повезло , и этот день можно считать моим вторым днем рождения . Меня отвели в яму , там цепи висели . Потом дал показания на камеру».

История известного на Украине тренера П .  Б .  Гилева размещена в сети Интернет . Приведем его рассказ : «Я — тренер . У меня создана общественно — спортивная организация . Я начал участвовать в создании Донецкой Республики . Они ( украинские военные .  — Прим . ред.) знали , что я еду в автобусе , вывели меня , это было чистой воды похищение . Вытащили с автобуса , кинули меня на землю… мешок на голову , руки были связаны , и о том , что меня передали в  » Правый сектор «, я узнал чисто из разговоров . А те — что хотели , то и делали , это — садисты . Они получают удовольствие от того , что тупо бьют людей , то есть , видя , что человек страдает , унижают его конкретно , я даже не знаю , что они от меня хотят . Что хотели , то и говорят , сами же себе на вопросы отвечали , не просто били , а тупо калечили .

Я там был не один . Нас всех там несколько раз расстреливали , но одного все — таки застрелили . Выводили просто , кто — то побежал , и его застрелили .

Они особо не церемонятся . Для них человеческая жизнь — пустое место , пустой звук . Они за это не несут ответственности — ну застрелили и застрелили . У них никто не спрашивает : » Зачем ты это сделал ?» То есть люди что хотят , то и делают . Эта банда не только проблема Украины , которая ни с кем и ни с чем не справляется . Хотелось бы , конечно , чтобы международная общественность услышала . Потому что когда они побегут , они побегут в Европу все . Они почувствовали вкус крови , они не умеют никому подчиняться , никаким законам вообще . Для общественности , для мирного населения Европы это будет большая и очень серьезная проблема .
Особую радость у них вызвало , когда он узнали , что я тренер по карате , чемпион мира , чемпион Европы . Тут они , конечно , с огромной любовью уже кинулись меня истязать . Их , по — моему , бесило , что я все время вставал , и они не знали , что со мной делать , и тогда уже в ход пошли биты , приклады , холодное оружие . Они через каждые 25 – 30  минут приходили и по полчаса избивали , просто так , просто ради какого — то дьявольского эксперимента .

Потом уже меня забрал другой батальон . И знаете , как забрали ? Просто руки назад связали , одели мешок также . Я , честно говоря , даже не знаю , как я выжил . Кинули мешок на заднее сиденье , сверху сели — и вот таким образом несколько часов везли в Днепропетровск . То есть первые три дня я сам не мог ни вставать , ни ложиться . Меня под руки водили , там сокамерники помогали мне , я дней пять ничего не ел .

…В СБУ было тяжело , потому что были провокации . В своем подвале они приковали наручниками к трубам . Там не было ни туалета , ничего . Был человек , который приходил , один раз кормил . Вот это вот на бетонном полу , прикованные к батарее , еще двое суток сидели .

СБУ не церемонятся ни с кем , они калечат людей , потом уже трудно человека в чем — то обвинять , что он что — то рассказал , не каждый человек может выдержать эти пытки . Я знаю , что одна семья , это учительница по русскому языку , к ней просто приехали , вытащили из квартиры и все» .

Актер и драматург Юрий Юрченко , живущий во Франции , стал военным корреспондентом и был захвачен украинским батальоном «Донбасс» . В сокращенной форме приведем его рассказ журналистам :

«Утром 10  июня 2014  года я приехал в Донецк . Там стоит палатка , где записывают в ополчение . Я записался . Там было еще несколько добровольцев . Потом нас построили и повели . У меня было такое чувство , что я иду умирать . Я же воевать не умею . Я даже в армии не служил . Но и другого выхода для себя я не вижу . Так я и стал ополченцем .

Когда погиб Андрей Стенин, мой товарищ , с ним погибли два военкора — Андрей Вячало и Сергей Коренченков . Я случайно не оказался с ними в той машине , обычно мы вместе ездили . Коренченков ( позывной » Корень «) жил со мной в одной комнате . Стенин сидел в машине сзади , а впереди — два военкора в военной форме , с автоматами. Машину расстреляли пьяные нацгвардейцы . Они в тот день устроили засаду на дороге . Когда увидели , что в машине журналисты , они ее оттащили подальше и подожгли . Поэтому Стенина так долго искали… 95  процентов западных корреспондентов приезжают уже с готовым шаблоном в голове , реальность их не интересует… В плен меня взяли 19  августа утром . Ребята говорят : вот его надо подбросить в Иловайск . Я сажусь сзади . Они едут . Вижу , они едут как раз по той самой дороге через Зугресс . И тут вдруг начинается шквальный автоматно — пулеметный огонь . Выходим из машины , нас тут же бросают на землю . Руки связывают сзади . И после этого начинают людей со связанными руками избивать . Прикладами , ногами , по голове , колют ножами , штыками . У меня по лицу течет кровь… Вижу , идет какой — то иностранец в натовской форме , каске , по внешнему виду сильно отличается от украинцев . Говорит с акцентом . Подходит ко мне и говорит : » Я из — за тебя , сука, в Нью — Йорке бизнес бросил !» И с размаху меня бьет . Иностранец командует : » Бегом через мост !» Гражданин США с украинскими корнями , бизнесмен… Другой амбал , позывной » Семерка «, сразу свалил меня на землю и начал бить сапогами по ребрам . Тут и другие подскочили . Я чувствую , что ребра сломаны . И вижу , как новый сапог летит в мою уже поломанную грудную клетку . Хочу встать на ноги — и понимаю , что не могу . Грудь так болела , что я не заметил , как саданули по ноге — то ли прикладом, то ли еще чем…

Потом всех отвели в школу . Там был такой железный шкаф для инструментов . Темно , ничего не видно , пыль , грязь . Присесть не на что . Дышать невозможно . А у меня лицо все залито кровью . Но я спасся от того , что пережили остальные ребята . Я слышал , как их гоняли по двору . Заставляли бегать на четвереньках , кричать : » Слава Украине ! Героям слава !», » Украина понад усе !» Это же точная калька с  «Deutschland ü ber alles». После этого они еще говорят : » Где ты видел здесь фашистов ?» А это что вы делаете ? Рядом с нашим шкафом были школьные мастерские , класс труда , где верстаки на столах . Ребят завели в этот класс , и я слышу : » Решай , что тебе отрезать : яйцо или палец ? Палец или яйцо ? Палец или яйцо , ну ?» Я потом узнал : они у старшего группы мошонку положили в тиски , а другого , водителя , заставили крутить . Шесть суток мы пробыли в шкафу вдвоем с ополченцем , словаком Миро…

Меня вызывают на первый допрос . Смотрю , сидит грузин , Ираклий Гургенович , фамилии не знаю . Он в батальоне » Донбасс » служит консультантом по разведке . Потом я узнал : он 22  года в разведке , с  18  лет воевал в Абхазии , Осетии , за рубежом . Учился в Штатах . При Саакашвили занимал крупный пост в Грузии… И вот они готовятся отходить . Опять кто — то дает команду : » Пленных расстрелять . Но сначала оденьте их в военную форму «. И тут вдруг опять появляется Ираклий . Он просто забросил меня в легковую машину…

В городе Курахово нас всех бросили в подвал . В любой момент охрана могла ворваться , избить прикладами . Ребят заставили ложкой выцарапать на стене гимн Украины , выучить его наизусть . И когда те заходили , ребята должны были его исполнять . Должны были кричать » Слава Украине !» Там был один повар — садист . Он часто заходил и избивал ребят . Как — то он и мне разбил голову в кровь . Меня вели к врачу , и сопровождающий на минуту отошел . Я стою на костылях у стены . А повар сверху заглядывает : » Ну что ? Слава Украине ?» Я молчу . Он тогда меня бьет по голове бутылкой , полной воды . » Слава Украине ?» У меня кровь течет… Там был один следователь . Очень эрудированный , образованный . Цитирует Юнга , Фрейда , Ницше , » Майн Кампф «. Исповедует идею сверхчеловека . Он профессионал . Специалист по психологической обработке пленных… он говорит : » Эти твои ребята без проблем напишут все , что нам нужно . Что ты был главным , что они были твоим сопровождением , что ты был до зубов вооружен . Мы сделаем тебя интернациональным супертеррористом и будем выставлять Франции в обмен на наши требования . Мы получим от нее все , что хотим . А если не договоримся , то ты просто сдохнешь в этом подвале » …

Обмен делал лично Ираклий . Конечно , обменяли меня не слабо — на троих , на одного грузина и двоих командиров » Донбасса «. А потом один из обменянных офицеров , его фамилия Чайковский , позывной » Артист «, на пресс — конференции в Киеве сказал , что их обменяли на группу военнослужащих Российской армии» .

Дмитрий рассказывает : «Был взят в плен на украинском блок — посту . Меня привезли куда — то и закрыли в контейнер типа холодильника , там рыбу держали . Продержали там двое суток , а потом перевели в ангар . А там начали бить по почкам , били , в основном , ногами . Сказали , что якобы при мне было обнаружено удостоверение ДНР , патроны 5 х 45 калибра . Потом вместе с еще одним человеком погрузили в багажник , привязали на наручники к запаске . Привезли в Волноваху и там снова избивали . Потом нас привезли в Мариуполь на СБУ , кинули в подвал . Потом снова начали избивать . Потом отвезли в изолятор временного содержания . После этого никто на допросы не вызывал , никто не приезжал и вопросы не задавал . Потом просто осудили» .

Ополченец Сергей рассказывает о провокации сотрудников СБУ , которые с его участием имитировали обстрел батальона Украинской армии , называясь сотрудниками Федеральной службы безопасности России . После организованной провокации они перестали скрывать своей принадлежности к СБУ и стали подвергать захваченного и его сына избиениям . Угрожая убийством сына , они заставили ополченца признать в суде все обвинения . Потерпевший Сергей рассказывает :

«В середине августа меня с сыном схватили из СБУ шесть человек , завязали глаза , руки и закинули в машину . Так завязанным они возили по городу , потом за город вывезли , что было слышно по звуку , потом завезли в ангар заброшенный . Они представились сотрудниками ФСБ , якобы они спасают нас от СБУ . Сказали , что доставили нас якобы к подполковнику русской армии . После этого нам снова завязали глаза и руки и увезли в какую — то лесистую местность , где мы находились до глубокой ночи . После этого нас с сыном снова посадили в одну машину их оперативников , продолжая ту же игру . Мы проехали около ста километров , и нам с сыном развязали глаза и руки , сказали , что у них операция , в которой они хотели обстрелять украинский батальон . Один из них достал из багажника гранатомет и сел на переднее сиденье , мы еще метров  700  проехали по каким — то закоулкам . Потом раздалась стрельба в воздух из автоматов , распахивается дверь , нас с сыном выкинули наружу и начали бить . Там уже была подготовлена рампа световая , как для профессиональной съемки , сделали с нас несколько кадров . Надели мешки на голову , бросили на бетон , начали избивать ногами , ломали руки .

Потом они все уже появились как следователи СБУ . Задали только один вопрос : » Ты хочешь , чтобы сын остался живой ?» Я сказал , что естественно . Они сказали : » Тогда ты подпишешь протокол о задержании «. Я сказал : » Придется «. Протоколы у них сразу были готовы . Подписали , и нас повезли сразу в СБУ . Утром пришел следователь , вопросов задавал мало . Фактически все , что у них по делу , уже все было готово .

Сказали , что главное на суде , чтобы я молчал и их не оспаривал . Судья назвала меру , и отвезли нас в СИЗО . До этого еще к нам подошел следователь и сказал , поскольку у нас с вами нет конфликтных ситуаций , мы к вам будем лояльны» .

Захваченный украинскими войсками 8  августа 2014  года Николай рассказывает : «Мы ехали на машине с товарищем , нас остановили вооруженные люди с автоматами , положили на асфальт и надели мешки на голову , посадили в машину и увезли .
Скорее всего , мы были в Краматорске . У них там военная база стоит , аэродром . Постоянно что — то жужжало , скорее всего , вертолеты . Нас периодически выводили , избивали , пугали : » мы вас расстреляем «, » прострелим ногу «, » отдадим командиру , у которого погибло много солдат ; они вас там убьют «.

По дороге еще был случай : когда мы выезжали , нас было шесть , у одного не было документов , а им сказали , что без документов там не примут . Скорее всего , они говорили о Харькове . Посередине дороги его вывели , потом послышалась автоматная очередь , после чего нас пять закрыли , машина завелась , и мы поехали дальше .

Выламывали руки , били ногами , руками по почкам , по печени . Одного товарища , который ехал с нами , после того , как мы уже приехали в Харьков , сразу забрали в больницу , в реанимацию . Ему сделали операцию и потом привезли назад в СБУ» .

Ополченец Виталий рассказывает об избиениях , которые украинские военнослужащие называли «распаковка» и «перепаковка» :
« 5 июля 2015  года я был у себя в магазине . Вдруг врываются люди в камуфляжной форме , с пистолетами с вопросом : » Где Дима ?» Не объясняя , какой Дима , начали говорить : » Выходи из — за прилавка , сейчас стрелять буду «. Приставили к голове пистолет , говорят : » Сейчас я тебя пристрелю , говори , где телефон «. Начали изымать телефоны , планшет , ноутбук , регистраторы , деньги с кассы , пополнения для телефонов . Затем спросили документы , права на машину , ключи от машины изъяли . Надели мешок , забросили в багажник , скотчем связали руки и увезли . Только привезли , сразу вытащили с багажника и начались избиения , били ногами , били в голову . Я потерял сознание , пришел в сознание , когда уже начали затаскивать в вагончик . На следующий день нас вывели из вагончика , поставили на колени , сняли мешки с головы , перед нами лежал целый арсенал оружия , то есть на камеру снимали это все и говорили , что это боевики ДНР .

Затем опять мешки одели , повели к вагончикам , кто хотел , тот бил по пути — по почкам , по ногам . Вечером — избиение это у них называлось » распаковка «, нас начали в яму затаскивать . Под дождем мы просидели ночь , день . Периодически туда спускался солдат , мог ударить по почкам — это называлась » перепаковка «, скотчем утягивали» .

Ополченец Петр , захваченный Украинской армией около Луганска , тоже рассказывает об избиениях и попытке захоронения заживо в яме:

«Нас захватили , отвезли в аэропорт и начали допрашивать и избивать . Потом повели в другую комнату , посадили на стул и что — то вкололи , потом я помню только , как у меня спросили фамилию , имя , отчество , а дальше как будто память отрезало.

Потом нас отвезли в Краматорск. Там нас избивали, били по пяткам. Потом вырыли яму и начали лопатой сбивать туда в яму, бросать. Хотели закопать живьем».

Потерпевший Дмитрий рассказывает , как в батальоне «Галичина» его закапывали живым в яму , имитировали расстрел , поджигали надетый на его голову мешок :

« 2 августа 2014  года в одной футболке , шортах и шлепанцах , без оружия меня схватила Национальная гвардия . Сразу на голову мне был надет мешок , руки — в наручники , ноги — в хомут . Привезли , кинули в яму , сказали : » Молись «. Стреляли из автомата возле уха , поджигали мешок , на левое ухо я стал плохо слышать .

Потом за мной приехали, я не знаю, кто они такие, но слышал из «Правого сектора». Повезли с мешком на голове в Славянск , кинули в яму , еще раз пытались расстрелять. Представились батальоном «Галичина». У меня был паспорт при себе, они паспорт порвали , кинули в яму , меня в эту яму кинули следом и начали закапывать . Закопали прямо по шею, потом подошел старший , дал им команду , и они меня вытащили. Потом отвезли в изолятор временного содержания в Харькове и на обмен» .

Ополченец Юрий свидетельствует : «Маршрутка привезла меня на блок — пост Национальной гвардии . Я видел , черненький хлопчик лет до двадцати, он был раздет, весь синий, побитый, лица нет , а все тело в синяках , у него все дрожало . И они выстрелили в него . Подошел сзади офицер — он ими всеми командовал — и выстрелил в висок . А меня то били, то подвешивали сзади . И так я там пробыл трое суток.

А потом привезли еще четырех хлопцев и их начали сильно бить и периодически не забывали про меня. Как-то загрузили нас всех в машину грузовую , она вся железная и жарко в ней , что дышать нечем . Покатались минут двадцать , я начал терять сознание , одно легкое ребро прокололо. У одного деда даже лопнула диафрагма и кишки вывалились. В СБУ уже не били. Медицинскую помощь не оказывали. Только если сознание теряли или видят, что он уже все. У меня ребра внутрь вросли. Верхних сторон больших пальцев я вообще не чувствую. Голова была и все тело синие . Там вон с Луганска привезли хлопчика , батальон «Айдар» его взял . Он синий весь, полностью весь , один большой синяк . И с нами хлопчик приехал , его пытали — и ногу прострелили, и палец надрезали . Мужики рассказывали , что и по минному полю наших пацанов там пускают. Из десяти человек половина остается там».

Арестованный 20 июня 2014  года сотрудниками СБУ Алексей рассказывает : «Меня схватили неизвестные люди в форме милиции . Заломили руки , лицом в асфальт , нанесли несколько ударов по голове , по корпусу , мешок на голову , засунули в машину , привезли . Я так понимаю , это база СБУ , замаскированная под автомойку , где несколько дней осуществляли допросы с пристрастием , избиения , моральное давление и унижение .

Потом посадили в джип и отправили под Славянск , село Евгеньевка , где был их штаб и по совместительству фильтрационный лагерь . В данном фильтрационном лагере располагалось два кунга , которые служили местами временного заключения , это машины с будками небольшой вместительности с площадью примерно 16 – 20 кв .  м . Там я провел больше двадцати дней , каждый день менялись люди , добавлялись новые , в среднем там люди проводили по пять — семь дней.

Избиения были регулярные , меня поднимали ночью , выводили из этого кунга и отводят на допрос к военным . Ты выходишь в наручниках , а на голове у тебя мешок . Садят тебя на стул и с разных сторон задаются вопросы , а потом начинают бить по голове.

Условия содержания, конечно , в фильтрационном лагере — это просто кошмар, потому что абсолютно все время ты сидишь с мешком на голове либо в целлофановом пакете, который замотан скотчем вокруг глаз, в наручниках, потом наручников стало не хватать, стали стяжками связывать руки, пальцы. Ну конечно же , затягивали все очень плотно, туго . Самое плохое это, бывало так, что набивали в этот кунг людей до предела — на  20  кв.  м сидели 17-18  человек. Ты даже лечь не можешь, и это на протяжении нескольких дней. Когда людей становилось много, переставали людей выводить в туалет, ставили ведро в углу, все мочились в это ведро.
Еще засовывали в яму . Была выкопана яма метров пять и туда водили — бывало, всех вместе, бывало , поодиночке . Там, бывало , несколько дней сидели в яме, под дождем , по щиколотку в воде.

Потом меня перевезли в изолятор СБУ. Это уже камеры, гораздо более комфортабельные, гораздо опрятнее , кормили . Оперативники СБУ , конечно , творили очень много того , за что им придется отвечать. Когда надо было ехать в суд , у меня на футболке были следы крови после «бесед», но, конечно , футболку заставили снять и надеть рубашку, чтобы ничего не было. На суде мне дали меру пресечения, и я отправился на СИЗО, потом обмен».

Председатель гуманитарного фонда Алла свидетельствует: «Нас задержала Национальная гвардия по какому — то списку . Возможно, что-то у них на меня было лишь потому , что я помогала жителям. Они меня быстренько «руки на капот», надели кулек на голову , плотно перемотали — передавлена была сильно вена, дня три я не могла шевелить головой . На просьбу о том, чтобы облегчить страдания , что у меня голова вот — вот лопнет , они мне сказали: «Сдохнешь ты , сепаратистка . Вас знаешь сколько тут закопанных валяется».

В итоге нас привезли на аэропорт Краматорска. Там было такое , что я за всю жизнь не смогла бы придумать в страшном сне. Издевались — не то слово . При мне избивали мужа по печени , для того чтобы я сказала , что Россия спонсирует оружием , чего нет на самом деле . Как поступает Национальная гвардия ? Надевает кулек и душит женщину, у которой сахарный диабет, которая просит попить, они говорят: «Мы тебе сейчас мочи дадим».

Там было такое жуткое , что даже , честно сказать , страшно вспоминать обо всем , просто страшно . Потом нас повезли в Изюм и приковали к какому-то турнику. Три дня мы в наручниках спали и нам там дали кусочек хлеба за все время. Потом перевезли на Харьковскую СБУ , поместили в камеру, там было более или менее».

Ополченец Павел рассказывает , как над ним издевалась Национальная гвардия и разрывала его раны : « 19  июля 2014  года я попал в плен . Был обстрелян из засады с трех сторон и взят в плен в тяжелом состоянии . В плену над нами издевались . Били по голове и нажимали на раны , откуда текла кровь . Получил я шесть пулевых ранений плюс осколочный . Таскали , издевались , оскорбляли , вывозили расстреливать .

В СБУ нас отправили город Краматорск , где мы находились в больнице сутки , потом перевезли в Харьковское СБУ , которое нас не приняло , и нас снова положили в больницу.

Я много крови потерял, мне били по ранам, нажимали на осколки, на пули, совали пальцы в дырки от пуль, крутили в разные стороны и смеялись. Они наблюдали, как я истекаю кровью. Снимали на видеокамеру свои пытки и издевательства. Это была Национальная гвардия . На следующий день они приехали, хотели забрать нас, чтобы расстрелять, но им другие охранники не дали.

Врачи осколки вообще не вытаскивали . Одна пуля застряла в руке , раздвоила кость , врачи не стали ничем заниматься , потому что им не надо было. Они просто накладывали мазь и кололи обезболивающие , старались , чтобы больше не беспокоил , говорили «так заживет», «со временем выгноится и выйдет само, ничего страшного». Пули находятся до сих пор в теле.
Потом забрали в СБУ недолечив , я еще был с гнойными ранами . Людей туда привозят избитыми , с выжженными свастиками, надписями «СС». Другие люди приезжали с разбитыми полностью телами и лицами до неузнаваемости просто , как будто груши перебитые . Отбито все, даже мясо отходит от костей».

Источник