Метки

,

https://i0.wp.com/lermontovka-spb.ru/m/t/event_photo/f_carstvennaya-inokinya_rudnickaya_janna_1316618121_large.jpg

Ещё до возникновения института сестёр милосердия в России существовали общины сестёр и «сердобольных вдов», помогавших больным. Одним из старейших заведений такого типа являлась Свято-Троицкая община сестёр милосердия в Петербурге, основанная в 1844 году принцессой Терезией Васильевной Ольденбургской и Великой Княгиней Александрой Николаевной. Протоиерей Сергий Махаев, прославленный в лике святых новомучеников российских, писал: «Основательница общины ревностно трудилась на пользу её, даже сама кроила и шила одежду детям приюта и школы при общине, привлекала к этому делу и детей своих. Испрашивала пособия и пожертвования на нужды учреждения и совместно с супругом своим, известным деятелем благотворительности принцем Петром Георгиевичем, пожертвовала в общину свыше 130000 рублей из собственных средств. Она ни разу не пропустила своей очереди дежурства у постели больных. И, возвращаясь однажды пешком с ночного дежурства в больнице, принцесса простудилась, что послужило началом той продолжительной болезни, которая и унесла её в могилу».

Жертвенный характер матери унаследовала дочь принцессы Терезии, Великая Княгиня Александра Петровна. Ещё в детстве она раздавала все свои карманные деньги на помощь бедным и больным детям, а в юности из своих средств помогала различным благотворительным учреждениям, возникающим, в том числе, по её инициативе. Став женой Великого Князя Николая Николаевича, Александра Петровна основала в Петербурге Покровскую общину сестёр милосердия, больницу, амбулаторию, отделение для девочек-сирот, училище для образования фельдшериц. Во время русско-турецкой войны ею был организован санитарный отряд.

https://40.media.tumblr.com/de6161eb6c6d6f49754054dce534fbb8/tumblr_nin7deHmHH1rh07xwo1_500.jpg

В 1879 году Великая Княгиня тяжело заболела и, перебравшись в Киев, приступила к осуществлению своей давней мечты – созданию женского монастыря с многочисленными лечебными и благотворительными учреждениями, «живого монастыря», как сама она называла его. Проектировал обитель сын Александры Петровны – Великий Князь Пётр Николаевич. «В чудном уголке Киева – Лукьяновке, на высоком живописном откосе Вознесенской горы, сплошь покрытом вековечными деревьями, скоро вырос целый городок Покровского монастыря в русском стиле, — писал Сергий Махаев. – Всё здесь создавалось под личным наблюдением Великой княгини: все планы составлялись ею, счета по постройке и содержанию всех учреждений велись лично ею; здесь не было деревца, которое не было бы посажено по указанию её, не было гвоздя, вбитого не по её распоряжению. Выстроены собор, дома для монастырских сестёр, грандиозная больница, лечебница для приходящих больных, образцово устроенная аптека, училище для девочек-сирот, приют для слепых, приют для неизлечимых хронически больных женщин, барак для заразных больных, анатомический покой для нужд больницы, прачечная, странноприимница, куда шёл голодный и холодный и находил заботу, приют и ночлег.

Всё здесь создалось крайне быстро, энергично; буквально не было мгновения, когда бы живая деятельность Великой княгини замирала. Казалось, она спешила увидеть поскорее воплощение своих мыслей в реальную оболочку. «Я боюсь не успеть сделать всё то, что я должна здесь сделать», — говорила она».

https://i2.wp.com/i719.photobucket.com/albums/ww199/vitavioletta/alekspetrovna.jpg

Александра Петровна стала фактически предшественницей Великой Княгини Елизаветы Фёдоровны, а её Покровский монастырь – прообразом Марфо-Мариинской обители. Эти две подвижницы удивительно схожи между собой. Обратимся снова к свидетельству протоиерея Сергия Махаева: «В монастыре введён был строгий Студийский устав. Княгиня внимательно следит за совершением богослужения, сама пишет расписание церковных служб и присутствует по возможности за всеми ими, причём иногда сама читает шестопсалмие, часы, канон и пр. Она «среди монахинь монахиня», ест только обычную скудную монастырскую пищу и из монастырской утвари – деревянных чашек и деревянными ложками.

Но княгиня участвовала не только в молитвенно-аскетическом подвиге сестёр – она для них пример и в их подвигах служении ближним. Она была для больных и сестрою милосердия, и сиделкою, и матерью. И всё это так просто, так радостно! Целые годы ею были проведены среди больных в полном значении этого слова. Она жила в одной из больничных палат в постоянном непосредственном соприкосновении с ними, проводила дни и ночи в таких условиях и при такой обстановке, что эту жизнь необходимо признать непрерывным подвигом.

https://i0.wp.com/nikprint.in.ua/media/2015/11/anastasija-1068x708.jpg

Дверь её комнаты не закрывалась, для того чтобы и в ночное время она могла слышать стоны и жалобы больных и идти им на помощь. По её собственным словам, тишина и покой её будили, так как она боялась пропустить минуту необходимой помощи страждущим. Ко всем трудным больным она вставала по нескольку раз в течение ночи и тем нередко лишала себя и того наименьшего отдыха, который необходим для поддержания здоровья и сил. Из её рук больные получали лекарства, из её уст они слышали слова ободрения, утешения, сострадания. Она балует лакомствами призреваемых детей. Почти всех больных, которым предстояли операции, она, пока позволяли силы, мыла собственными руками…

…Нося в себе самый давний недуг, пережив две тяжёлые операции, страдая одышкой, великая труженица не думала о себе, не заботилась о своём собственном здоровье и вся отдалась избранному ею высокому подвигу и с такой радостью несла его, что считала себя «счастливейшей в мире».

Её бодрый и радостный вид ободрял и укреплял окружающих, и пример её заражал всех».

https://i0.wp.com/alexandrtrofimov.ru/wp-content/uploads/2015/10/pokrov11.jpg

Больница Покровского монастыря не имела себе равных нигде в Империи — в монастырской лечебнице могли принимать по 500 больных в день, а уже спустя год после её открытия в этих стенах были сделаны первые рентгеновские снимки. Смертность при операциях не превышала 4%, что в те времена было просто невообразимо. Из 300 сложнейших операций в год лишь 10 оказывались неудачны. В монастырской аптеке любой малоимущий мог бесплатно получить выписанные ему лекарства, так как производились они в самой обители.

Почти 20 лет несла Александра Петровна избранный ею подвиг. Своих сестёр она наставляла «раньше всех вставать, позже всех ложиться, меньше всех кушать и ниже всех кланяться. Когда вы раньше всех встанете, то покажете другим пример бодрости и деятельности. Ложась после всех, вы будете иметь возможность проверить, все ли улеглись и всё ли в порядке. Будете меньше всех кушать – приучитесь к воздержанию, а частыми и низкими поклонами – к смирению». Главный же и постоянный завет, который слышали от Великой Княгини, был о молитве: «Всякий шаг – с молитвою на уме… Это могущественная сила, всё дурное поглощающая. При этом настроении вы всегда будете благодушны и счастливы. Предавайте себя в волю Божию. Всё принимайте с горячей любовью от руки Господа, тогда всё будет на душе присное радование».

https://i2.wp.com/ok-t.ru/studopedia/baza18/333162078764.files/image040.jpg

Когда Александра Петровна скончалась, то из её духовного завещания выяснилось, что она уже давно приняла тайный постриг с именем Анастасия… Её похоронили в простом, некрашеном гробу, а на могиле поставили по её воле простой деревянный крест. Главным памятником ей стал устроенный её трудами Покровский монастырь.

Из очерка Елены Семёновой «Милосердные сёстры Августейшей семьи»

https://i0.wp.com/www.torirem.lg.ua/wp-content/uploads/2015/11/Anastasia-Kievskaia_Pokrovskiy-monastery.jpg

Реклама