24 часа

Утро.

Кругом взрывы и свист пуль. Ярким пламенем горит двухэтажный особняк в котором мы жили в перерывах между сменами на передовой. Кругом беготня и крики. На носилках уносят Эфиопа, а кто-то тащит из особняка пианино и начинает на нём наигрывать Я сажусь на песок у недостроенного блиндажа на базе. Жар от горящего особняка. В воздухе взрывается заряд РПГ. Снимаю шлем и обхватываю голову руками с мыслью — только не он… Ещё час назад мы сказали друг-другу: Мы вырвемся! Мы возьмём семьи и поедем по местам наших приключений… И вот он на грани и ради чего?!! Остались жена с которой они сироты и некому помочь и двое детей… И ради чего?! Идите к чёрту! Подымаюсь, нацепил шлем, взял калашмат и побрёл в тот самый окоп, мимо уже разрушающегося огнём особняка. Остановился, глянул вверх… звёздам всё равно… В тот момент небо молчало! До окопа остаётся пройти 50 метров…

Спустя 4 месяца, 10 октября. Москва. Учредительное собрание «Союза добровольцев Донбасса».

Я пришел в гражданке, поскольку сразу после собрания надо было ехать на работу, но взял с собой флаг Новороссии, который мы всегда брали с собой на Марьинку. Ко мне подходит человек в штатском:

— Здравствуйте! Я вижу, у Вас флаг Новороссии с собой. Я конечно всё понимаю, но я бы попросил бы Вас, не разворачивать его здесь, нам охрана уже сделала замечание и просили Вас предупредить.

— Почему?

— Дело в том, что… Понимаете, проект Новороссия…

— …был свёрнут, да?

— Ну можно и так сказать. Спасибо за понимание!

Иду к машине держа в руках флаг. Флаг за который я поехал воевать полтора года назад. Флаг, который теперь под запретом.

«Всем спасибо, всё свободны»…

Врёте!

«Война как наркотик.»

На тему всякого рода вьетнамских, афганских и чеченских синдромов написано уже было много научных материалов и описаний. Не буду вдаваться в подробный анализ этих явлений, опишу лишь то, что коснулось меня лично.
Первый раз уйти с войны я попытался в начале января 2015. Через несколько дней после того как я вернулся в Россию, возобновились бои и началась операция по ликвидации Дебальцевского котла, что только усилило мой синдром. Уходу предшествовали события в Алчевске и Луганске, которые будут описаны позже. И так, спустя полгода с момента как я покинул Новосибирск и отправился на Донбасс, я очутился в Крыму, где в течении полутора месяцев испытал на себе тягу, наркотическую тягу вернуться обратно. Тягу можно разбить на несколько составляющих.
1. Адреналин. Первые боевые это всегда страшно, но со временем ты привыкаешь и начинаешь получать свой кайф от опасности и жизни на грани. Страх становится подконтролен и это чувство превосходства над ним даёт некоторую эйфорию. В мирной жизни всего этого начинает нехватать. Ты сам начинаешь подогревать некоторые ситуации и события, становишься более конфликтным в быту, страдаешь от безсонницы и чувства пустоты, которую трудно заполнить чем то мирным и обыденным.
2. Оружие. О, как мне не хватало тогда этих магических 3-4х килограммов оружейной стали справа на плече!.. На войне человек с оружием, это власть для мирного населения. Ты уже решаешь очень многое, вплоть до кому жить, кому нет. Без этого, в мирной жизни, система тебя начинает как бы стирать, до общей серой массы, по крайней мере так начинает казаться.
3. Чувство вины перед погибшими и теми кто остался там. Здесь и объяснять нечего, это мысль не дающая покоя — ты живешь уже серо, а они пали как герои, ты там где тихо и спокойно, а парни продолжают рисковать… Это давит и в совокупе с нехваткой адреналина только усиливает желание подогревать и идти на конфликт.
4. Сама война не окончена. Есть память о победе наших предков в ВОВ. Ветераны той войны вернулись с победой, а ты кем вернулся оттуда?… Тем более, что в январе 2015 я вернулся не выполнившим до конца долг добровольца-ополченца, а вынужденного бежать наёмника, избежавшего только участи стать членом сомнительного ОПГ.
5. Кровь. Это к счастью меня не коснулось. Личных минусов не было на тот момент. Но такие мне попадались, те кто уже осознали опыт того как легко на самом деле лишить жизни другого человека и в глубине себя жаждущие крови снова и снова. Встретился и такой типаж, заявивший, что хочет набить себе татуировку — чешуя дракона из 220 чешуек, думаю ты понял, что означает каждая из них…
6. Это даже не составляющая, это осознание всего этого. Помню, приехал в Симферополь, к местному управлению крымских ополченцев участвовавших в событиях Русской Весны. Аксёнов их тогда не расформировал и сами они хотели взять на себя функции дружинников, народной милиции и ЧОПов. Думал, приеду, примут, как-то помогут, подскажут…
— А зачем ты сюда приехал, это наша земля?!
— И зачем тебе та война нужна была — это не твоя война?!
— А как ты лично к Владимиру Путину относишься? Нужно проверить твою ему преданность…
— Мы позвоним если что…
Это вся суть моего с ними общения, точнее, их нападения на меня в тот день. Это был удар. Я понял то, что я ездил туда никому даже в Крыму уже не было нужно, ни за какие заслуги это не идёт в зачёт, ты там никто и всё было напрасно… Стыдно признаться, но когда всё это накатило после того разговора, пришло осознание того где я был, кем вернулся и куда попал, я стоял на остановке и… Мне ничего не оставалось, как бегом уйти во двор, где меня никто не увидит, сесть на корточки, закрыть лицо руками и просто издать вой. «Сбежал. Всё зря. Ты никому не нужен. Ты потерял себя. Ты снова один. Ты проиграл» — мысли душившие горло.

Спустя полтора месяца, я бросил себя обратно на Донбасс, что бы обрести всё то, зачем я туда поехал. И потеряв то, что не ожидал потерять, приобрёл то, о чём даже не подозревал…

«Алчевск. «Призрак» Мозгового»

Чем честнее командир, тем беднее его подразделение…

Выходим с Закатом из «ингаляционно-процедурной комнаты» после общения с Буддой, путём раскуривания «трубки истины»… Мысль: а здесь не так уж и плохо! Так, у нас есть новый боец — Скорпион, что ли? Тип только приехал, так же с Новосибирска, в армии не был, худой и бледный, надо бы с ним позаниматься…
Прихожу к нему с автоматом, цепляю с собой и увожу в комнату для занятий.
— Учим сейчас сборку-разборку нашего верного друга! Кстати, его зовут «Трэш».
В это время зашел Угорь.
— Димон, сможешь потом поучить его стойкам и прикладыванию ствола? Ну и так, по движению?…
— Лёха, я вот ненавижу людей учить! Я могу раз, объяснить, ну два, но если человек не понимает, я просто «леща» ему дам!
— А как же ты нас в Крыму учил тогда?
— Вам просто повезло, что вы быстро всё схватывали…
Посмотрел на покрасневшего Скорпиона, оценил его возможное будущее и снова обратился к Угрю:
— Принял братик, отдыхай…
Тут в комнату врывается Закат, отбирает у уже начинающего потеть Скорпиона автомат и быстро и громко, не давая никому очухаться начинает объяснять как это надо делать.
— Пойду поем — сказал я и ушел в Нирвану до вечера.

— Стойка! Лёжа! К плечу! Ползком! Стойка! К плечу! Присед! Лёжа! Отставить!
Просыпаюсь, выхожу в коридор и наблюдаю картину — Закат обвешал Скорпиона всеми возможными грузами какие только нашел — разгрузка, подсумки, шлем, броник и гоняет по коридору уже взмыленного пацана.
Мысль: если бы я не знал Бабушку, он же Закат, я бы подумал, что он тренер по фитнесу.
Закат сам весь как на шарнирах и учил всегда как бы пританцовывая, всегда всех только подбадривая:
— Отлично! Красавчик! Ништяк!
Сколько часов он так гонял Скорпиона не помню, но когда Закат вернулся в нашу комнату, на вопрос, ну как боец?
— Да он мёртвый — ответил Бабушка и ушел в Нирвану (воткнул наушники и отрубился).
Ноябрь — Декабрь 2014 года. ЛНР. Алчевск. Краткое описание.
Местные.
Те кто думает, что местные всею душой за ЛНР, просто не были в Донецке и им не с чем сравнить. Отношение к ополчению было приблизительно следующим — под нацистами конечно жить не хочется, но и вы, что из себя представляете, толком не совсем понятно…
Снабжение.
В Алчевске я стал выполнять функции снабженца нашего небольшого взвода — вёл список сколько нас и кому чего не хватает. Находил, что нужно где попало — то свои вещи накопленные за лето раздам, то у старшины подразделения к которому мы были прикомандированы что-то выпрошу, но основной доход у нас был батрачить на складе гуманитарки в городе, за что нам подкидывали какие-то вещи и форму. Про вооружение отдельная тема — на весь наш взвод было к моменту как мы покинули Алчевск в сторону Луганска — 4 автомата и одно СВД.
Питание.
С голодухи конечно пойдут хоть корешки… Видимо местные кухарки так и думали, Поэтому есть хотелось постоянно и нас спасали только небольшие запасы тушенки привезенные Скорпионом с товарищами из Новосибирска, за которые я так же отвечал и вёл их учет. Что бы ты оценил местную кухню, пример, парням раз пришлось слопать какого-то заблудшего Шарика (или Тузика). Сам не ел, честно, поскольку на моё счастье в тот момент только вернулся из трёхдневного отпуска в Крыму, куда я ездил на день рождения и очень деликатно и воспитанно, но по максимуму набил себе пузо под завязку, понимая, что потом не скоро я всё это увижу. Да и религия запрещает есть собак — всё таки друг человека, а с друзьями обычно принято дружить, а не пожирать их…
Служба.
Тренировки. Тренировки. Тренировки. Поскольку мы толком не знали зачем нас собрал Сыч, по началу делали всё подряд. Тренировались, ходили в наряды, выполняли работу СОБРа по городу. Хотя раз было одно прикольное задание — проверить бдительность охраны Мозгового. Всё что нужно было, положить под его машину пакет-муляж и засунуть в выхлопную трубу картошку… Повод взбодрить свою охрану у Борисыча появился.
И наконец сам, Алексей Борисович Мозговой…
Царствия Небесного тебе Комбриг! Все кто его знал, подтвердят:
Командир
Мужик
Патриот
Талант
Человек
Такие приходят раз в поколение и проносятся по жизни ярким метеором, навсегда оставляя свой след в памяти друзей и врагов. Помимо прочего, очень запомнился мне своим проектом — телемостами между ополченцами и теми, кто по ту сторону, и это было очень правильно я считаю. Наш враг где-то дальше, он хитрее и коварнее, он тот, кто смог стравить братьев, делая деньги на нашей крови и потирая руки от удовольствия, наблюдая как мы режем друг-друга.
Борисыч, спи спокойно Светлый Воин, твоя победа впереди, ибо дух твой вечен и всегда с нами!
Вообще, бригада «Призрак» — это действительно подразделение добровольцев — порядка 9 из 10 тех кто был там это приезжие, причем всевозможных взглядов и убеждений. Подразделение с сильным товарищеским духом и верой в то, что правда и победа обязательно будут за нами.

 Источник

Реклама